Образ здоровья
ИСТОРИЯ Начало кризиса в советской микроэлектронике
07.10.2013     8885    0

Начало кризиса в советской микроэлектронике

ИСТОРИЯ ЗЕЛЕНОГРАДА. Краткий курс 1978

В начале 1978 г. руководством Научного центра были подготовлены предложения о мерах по развитию разработки и новых мощностей производства СБИС в стране, в которых были намечены рубежи по созданию и выпуску новых поколений СБИС, материалов, оборудования, САПР, контрольно-измерительной аппаратуры в Минэлектронпроме. Была обоснована необходимость привлечения министерств, отвечающих за получение различных материалов (Минхимпром, Минцветмет, Минчермет), создание прецизионного оптико-механического оборудования (Миноборонпром), контрольно-измерительного оборудования и мощных перспективных САПР (Минрадиопром, Минпромсвязь, Минприборостроения). Предполагалось построить в Зеленограде в 1979-83 гг. ряд НИИ, опытных заводов, реконструировать и переоснастить действующие предприятия Научного центра и на территории Российской Федерации построить около 20 новых производств СБИС, привязанных к развитым научно-культурным регионам, обеспеченных квалифицированными кадрами, имеющими хорошую высшую школу.

В течение первой половины 1978 г. все документы были подготовлены, согласованы с участниками и соисполнителями и направлены в правительство. Однако рассмотрение предложений было отложено на несколько лет, в основном по настоянию руководства Москвы (из-за приближающейся Олимпиады-80), и время было упущено.

Постановление было подписано через несколько лет в существенно урезанном и выхолощенном виде. С этого момента началось уже прогрессирующее отставание отечественной микроэлектроники и всей экономики, усугубленное последующими реформами в стране до катастрофического (по материалам интервью, данного журналу «Эксперт» Борисом Малашевичем, главным специалистом ОАО «Ангстрем», автором многочисленных публикаций по истории советской микроэлектроники).

Зеленоградский музей распахнул двери

23 февраля 1978 г. к 60-летию Советской армии в новом помещении Зеленоградского историко-краеведческого музея открылась экспозиция военно-исторического зала, то есть музей был открыт для широкой публики. Этому предшествовал напряженный труд нового молодого директора музея Татьяны Владимировны Визбул, выпускницы Московского историко-архивного института. Она была назначена директором музея 9 марта 1977 г., сменив первого директора (в 1969-77 гг.) Анну Александровну Уманскую. Вспоминает Татьяна Визбул: «Кроме должности директора в музее была еще одна ставка — ставка уборщицы. Эту обязанность исполняла Раиса Ивановна Прокопчина. Группа художников технико-эстетического отдела одного из промышленных предприятий разрабатывала эскиз витрин для размещения экспозиции в новом помещении. Возглавил группу Альфред Арамович Акопов.

А я принимала музей от А. А. Уманской. Каждый вечер (после окончания рабочего дня. — И. Б.) по 4-5 часов мы отыскивали в экспозиции предметы и сверяли их шифры в музейной книге учета. На эту работу ушло несколько месяцев. Анна Александровна рассказывала о сложившихся отношениях с ветеранами и их семьями, связях с отдельными жителями города, деревень, знающими краеведами, хранителями старинных предметов и коллекций. Огромным был и объем хозяйственных дел, в том числе оснащение нового помещения музея пожарно-охранной сигнализацией.

В октябре мы, наконец, с помощью зеленоградских туристов, которым досталось прежнее помещение музея, переехали в новое.

Музей первоначально занимал всего лишь половину площади против сегодняшней (325 квадратных метров).

В одном экспозиционном зале мы разместили экспонаты по истории Великой Отечественной войны, в другом — истории края, в третьем, самом маленьком, — истории самого Зеленограда. До сих пор удивляюсь своему предвидению. Мои рассуждения были основаны на следующем: музейных предметов для первых двух залов предостаточно, а зал по истории города интересным сделать невозможно. Тема микроэлектроники в то время была запретной, показывать город на фотографиях, копиях документов, без макетов и вещевых предметов неинтересно. Самым главным в моей стратегии было то, что на отражение современности найдут помещение и обязательно окажут помощь. Так оно в дальнейшем и получилось…

Был найден молодой художник Александр Машков, который нуждался в жилье, приезжая каждый день в Зеленоград из Москвы. Перед нами была поставлена следующая задача: к 23 февраля 1978 г. (а это меньше чем за 3 месяца) открыть экспозицию военно-исторического зала. Я отбирала для экспозиции фотографии, документы, карты, схемы боев, личные вещи командиров и политработников. Художественное оформление — размещение экспонатов и написание текстов — лежало на художнике. Работали по 10-12 часов в сутки. Иногда нам помогали его жена и мой муж. Отбирая фотографии из альбома, увеличивали их в фотолаборатории НИИМП и сразу же монтировали. Одновременно с нами трудился над созданием макета своей бывшей деревни Матушкино добровольный помощник — Борис Васильевич Ларин (позже он стал директором музея первостроителей Зеленограда в школе № 897. — И. Б.).

В музее давно не было посетителей, и мы стали их активно приглашать. Приходили группы из школ и предприятий. Так, за период с 23 февраля по декабрь 1978 г. музей посетили 2623 человека. На следующий год музей провел 278 экскурсий, экспозицию увидели 6758 человек.

Надо сказать, что музей с самого начала был общественным. Никакого бюджетного финансирования не было. Мы существовали за счет шефствующих предприятий.

В августе 1978 г. я написала письмо народному артисту СССР, актеру Малого театра Игорю Владимировичу Ильинскому, чья творческая биография была связана с Черкизовским драматическим театром (село Черкизово расположено в 7 км восточнее Зеленограда, сейчас в черте Москвы. — И. Б.). В сентябре он пригласил меня к себе на квартиру в Москву, что в Колобовском переулке. Беседа наша длилась около трех часов. Мы говорили о его участии в пьесе Н. В. Гоголя «Женитьба» на сцене Черкизовского драматического театра в роли свата Кочкарева. Игорь Владимирович поделился своими воспоминаниями, а в конце встречи подарил несколько фотографий 1918 г. со своим автографом, периода, когда он приезжал в наше Черкизово.

Долгие годы неутомимым помощником музея был археолог Александр Николаевич Неклюдов. Он работал на одном из предприятий города и попутно, на общественных началах, в счет своего личного времени занимался археологией. Вместе с профессиональными археологами из Москвы и зеленоградскими школьниками-кружковцами он исследовал археологические памятники в районе Менделеева и Льялова. Археологические находки накапливались в нашем и Солнечногорском музеях. Каждый год Александр Николаевич передавал в музей (первоначально А. Уманской, а потом и мне) памятники каменного века. Отчеты о своих археологических экспедициях он сдавал в институт археологии АН СССР, где получал открытый лист на проведение раскопок. Позднее Александр Николаевич перешел на работу в музей и долгое время возглавлял отдел археологии и краеведения. В экспозиции музея представлен довольно интересный раздел археологии нашего края.

Наш музей уже тогда являлся главным методическим центром школьных музеев, оказывая им всяческую научную и организационную помощь по учету и сохранению собранных школьниками коллекций. Мы проводили учебу руководителей, семинары для актива, школьных музеев, привлекая в этих целях специалистов-музееведов из государственных музеев Москвы.

К сожалению, судьба многих школьных музеев оказалась печальной. Из 17 школьных музеев Зеленограда осталась лишь одна треть. Многие коллекции погибли. Руководители некоторых школ еще в достаточной степени не осознали, что коллекции школьных музеев — не их собственность, а часть национального достояния, и потому подлежат государственному учету, а в случае прекращения деятельности школьного музея — передаче на хранение в государственный музей. Пока еще ни одной такой передачи не состоялось, хотя многие коллекции утрачены безвозвратно» («Очерки истории края. Зеленограду 40 лет». Сб. трудов ГЗИКМ, вып. 3, М., 1998 г.).

Сейчас музей имеет собственное собрание произведений художников, хорошо подобранные и богатые коллекции по археологии, истории города, боевым действиям ноября-декабря 1941 г. (Зеленоград — единственный район Москвы, где шли бои в Великую Отечественную войну). Музей регулярно выпускает сборники трудов по истории края.

Татьяна Владимировна Визбул мечтает о том времени, когда в Зеленограде будет современный музей, в котором были бы профессионально оборудованное помещение для фондов, отдельные залы для картинной галереи, киноконцертный зал, научная библиотека, реставрационная мастерская, кафе, внутренний дворик с охранной территорией.

Тогда музей стал бы центром притяжения для любителей истории, ценителей прекрасного, патриотов, школьников, туристов.

Космические штрихи Зеленограда

В начале марта 1978 г. Зеленоград трижды отметился в космосе. А произошло это так.

Вспоминает Билль Бурдыкин, художник, автор значков, медалей и других изделий с космической символикой, с 1964 г. работавший в НИИПП в отделе № 7 КБ-701 начальником лаборатории товаров народного потребления: «К нам обратились с просьбой изготовить медаль, посвященную совместному международному полету на орбитальную станцию «Салют-6». С 10 декабря 1977 г. там находились космонавты Г. Гречко и Ю. Романенко. Второго марта 1978 г. на космическом корабле «Союз-28» к ним прибыли советский космонавт А. Губарев и гражданин Чехословакии Владимир Ремек. Они вернулись на Землю 10 марта. А в космосе побывала изготовленная нами медаль. Она была круглой формы, символизирующей земной шар, с позолотой и вставками с двух сторон, выполненная методом напыления с последующим оксидированием на металле. На одной стороне изображалась орбитальная станция, на другой — флаги СССР и Чехословакии. Всего было изготовлено три экземпляра.

Добавим, что Алексей Губарев — выпускник Крюковской средней школы, что зеленоградские интегральные схемы входили в состав аппаратуры космического корабля, и — получим доказательство исходного утверждения!

А 28 октября 1978 г. впервые в мире состоялась поэтическая связь Земли с космосом: стихи российского поэта зеленоградца Анатолия Щербакова по системе космической радиосвязи были переданы из Центра управления полетами на борт орбитального комплекса «Салют-6» — «Союз-31». Поэтическое послание получили космонавты В. Коваленок и А. Иванченков.

Медицина-78

Первого января 1978 года была открыта медсанчасть № 9, обслуживающая промышленные предприятия города.

В 1978 г. была построена детская поликлиника № 105. В течение полутора лет это четырехэтажное здание возводил генеральный подрядчик СУ-140 (начальник С. А. Курдяев), санитарно-технические работы выполняло СУ-147 (А. И. Петров), электромонтажные — СУ-146 (М. А. Подражанский), отделочные — СУ-95 (И. С. Хайневский). Все это время непосредственно со строителями взаимодействовала, готовила здание к приему пациентов главврач Наталья Михайловна Рыбакова. Она и стала сотрудником № 1 поликлиники № 105. Поликлиника была принята в эксплуатацию 26 сентября 1978 г., но еще три месяца шла подготовка к приему первых пациентов.

27 декабря 1978 г. 16 педиатрических участков поликлиники начали прием детей из 8-го и 9-го микрорайонов, а также с улиц, на месте которых находятся теперь 10, 11 и 12-й микрорайоны; всего здесь насчитывалось 13 200 маленьких пациентов, из них 598 — груднички.

А предыстория поликлиники началась раньше еще в филиале, располагавшемся в 812-м, а затем в 908-м корпусе. Там закладывались основы будущего коллектива. Несмотря на тесноту, трудности (было так, что три педиатра принимали в одной комнате, врачам приходилось самим заниматься регистратурой), работали дружно. Этот настрой и был перенесен в новую поликлинику.

На смену Н. Рыбаковой главврачом пришла Ольга Александровна Журавлева, а с 1981 г. поликлинику возглавила Галина Дмитриевна Рачкова. В 2004 г. в поликлинике работало 55 врачей, 84 медсестры; пять отделений: педиатрическое, дошкольно-школьное, врачей-специалистов, консультативно-диагностический центр, дневной стационар с базой реабилитации — ежедневно принимали 3500-4000 маленьких пациентов, в год около 180 тыс. посещений, причем 40% — дети со всего города. А за 24 года (1979-2003 гг.) на приеме в поликлинике побывало около четырех с половиной миллионов детей.

Поэтическая жизнь в Зеленограде

Когда-то (вплоть до конца 70-х гг.) в Зеленограде существовало литературное объединение «Микрон», руководимое известными московскими поэтами, последним из которых был Николай Георгиевич Новиков. Он жил тогда в Зеленограде, а работал в журнале «Юность». Он не поощрял публикации, полагая, что поэт должен вначале созреть, а потом пробиваться в печать сам, и единственным публичным представлением сил его литобъединения стала коллективная публикация шести зеленоградских поэтов в альманахе «Истоки» (М., «Молодая гвардия», 1978), плюс пара небольших стихотворений Игоря Голубева в «Юности» (1979, № 5). После переезда Н. Новикова в Москву горком комсомола дважды пытался возродить литобъединение, приглашая различных руководителей, но каждый раз оно функционировало недолго (личное сообщение зеленоградского поэта Игоря Голубева — автору).

Четырнадцатого февраля 1978 г. в клубе завода «Микрон» состоялась встреча российских поэтов с зеленоградскими любителями поэзии. В этот день свои стихи читали: Николай Старшинов, старейшина (в те годы) поэтического цеха; Геннадий Серебряков; редкий талант, но, к сожалению, рано скончался; Ольга Ермолаева, одна из лучших русских поэтесс второй половины XX века; Джемс Паттерсон, больше известен в роли грудного мальчика в фильме «Цирк»; Вадим Кузнецов, редактор отдела поэзии издательства «Молодая гвардия».

Такие выступления в Зеленограде стали регулярными. Об одной из этих встреч вспоминает автор настоящих очерков Игорь Быстров (журнал «Солнечная аллея», март 1998 г., № 2): «В те времена в наши клубы («Микрон», МИЭТ, «Дом знаний») наезжали поэтические бригады… Я тогда занимался исследованием современной советской поэзии и у многих поэтов брал автографы, готовя для этого редкие сборники их стихов. Изредка писал на них пародии. Пародию на стихи Е. Винокурова я составил из заголовков его стихов (он любил давать эффектные и краткие названия своим стихам). Вот эта пародия:

Миг, Вечность, Час, Двадцатый век, Минута,
Парадоксальный Быт, Чутье, Обед, Она,
Звериное тепло домашнего уюта,
Опять Она, Луна и Глубина.

Мысль — Круг. Цирк не люблю. Фактура —
Она бывает там, где все вразброд:
Абсурд и Здравый смысл. Фортуна!
Что нужно, чтоб поэтом стать?
Уменье забывать
Просчет.

Ток, Мощность, Плотность мира, Напряжение,
Амуры, Афродита и Змея,
Санскрит, Пророк, Моя рука и Удивление:
— Мир разложил на части Пикассо и Я!

Я, помнится, прочитал эту пародию в клубе завода «Микрон». Евгений Винокуров попросил ее на память, а мне выслал посылкой двадцать сборников своих стихов с автографами».

Главный рок-музыкант Зеленограда Олег Гиндин и его «Второе рождение»

Олег Гиндин вспоминает («41», № 52, 27.12.2002 г.; № 1, 10.01.2003 г.): «Двадцать шестого декабря 1976 г. я приехал в Белокаменную, а мне говорят: «Без московской прописки да чтобы с гарантией пройти в московский вуз — даже не думай». А чтобы прописку получить, нужно работать, чтобы работать — нужна прописка. В общем, замкнутый круг. У меня здесь был знакомый, Виктор Стицей, который работал прорабом в Зеленоградстрое. А я за годы Уральского политеха ездил в летние студенческие отряды, был каменщиком. Знания и навыки пригодились. Сказано — сделано: я уже через неделю — каменщик 3-го разряда СУ-221 управления «Зеленоградстрой» (УЗС). Было тогда такое слово — «лимита».

…В составе бригады строю Шереметьево-2, из которого потом неоднократно летал за границу… Зимой, после кубов кладки, возвращаюсь в общежитие. Сам понимаешь, руки заточены под кирпич… Отпариваю их, сажусь за пианино (мне мама его из Казахстана контейнером выслала) и 3-4 часа гоняю только гаммы и этюды. А утром напяливаю телогрейку — и в бой с кельмой и молотком каменщика. В общем, что «Москва слезам не верит», я знаю не понаслышке…

Нам поставили в паспорта московскую прописку. А личную жилплощадь — увы…

Но за мной сохранилось место в общежитии Зеленоградстроя. Спросил: «Квартиру через некоторое время сможете дать?» Они говорят: «Нет». Я жил в 410-м корпусе в пустой 3-комнатной квартире (это уже отдельное спасибо УЗС), да еще и всю музыкальную аппаратуру завода «Элма» в ней держал…

Я руководил ВИА при профкоме Зеленоградстроя. На меня появился спрос, стали переманивать предприятия электроники. Я стал вести сразу два музыкальных коллектива в Зеленограде. Как Труффальдино из Бергамо. Первый — ансамбль УЗС. Благодаря этому за мной сохранялось общежитие. Здесь же, в общежитии, мы и репетировали. Второй коллектив — это ВИА завода «Элма».

УЗС повезло — я использовал усилительную аппаратуру, приобретенную «Элмой». Иметь в то время усилительную технику было большим благом. Для ансамбля «Элмы» такое положение тоже было удобно: не надо искать репетиционное помещение.

Зато играть на различных мероприятиях приходилось и там и там. А затем я попал в «Метроном». На тот момент это был самый сильный зеленоградский ВИА. Помню, май 77-го, жара. У «Электрона» стоят автоматы с газированной водой. Очень хочется пить, монеток с собой нет. Ставлю стакан — бац кулаком по автомату — и тут мне ложится на плечо увесистая рука, и раздается голос: «Молодой человек, вам пить хочется? Пройдемте. Вы нам очень нужны… как клавишник и музыкальный руководитель». Это был бас-гитарист «Метронома» Виталий Варганов.

ВИА «Метроном» при НИИМВ был создан усилиями научных работников и по совместительству музыкантов Саши Патрашина, Жоры Иванова (учеников физика Ландау), Жени Вигдоровича, Валеры Рябоконя, Алика Морозова, Миши Нечаева и Валеры Константинова (позже он руководил бэк-вокальной группой Филиппа Киркорова). Именно они образовали первый, так сказать, акустический «Метроном»: труба, саксофон, гитара, рояль, контрабас и ударные. Играли, естественно, джаз… Со временем джаз они оставили только для выездов «на юга»: в группу пришли молодые ребята, играющие уже на электроинструментах и образовавшие новый «Метроном». Именно их я увидел на сцене кинотеатра «Эра» в конкурсе вокально-инструментальных ансамблей «Зеленоградская весна — 1977». Слушать их конкурсную работу было не очень интересно. Играли и пели они очень прилично, но отставали от современных тенденций в музыкальном стиле лет на 10. Поэтому пришлось им сказать: «Надо все менять!»

Метрономовцы еще хотели заняться сочинением собственной музыки. Мой ответ был однозначным: «Прежде чем писать свою музыку, сначала нужно уметь играть классику».

За полгода репетиций мы освоили стиль «хард-рок» настолько, что даже имели в своем репертуаре несколько самых сложных в музыкально-техническом и вокально-исполнительском плане произведений групп Deep Purple, Uriah Heep, играли Элиса Купера, песни Beatles. Причем требования к самим себе при исполнении этих произведений были предельные… Уделяли большое внимание четырехголосному пению.

В общем, это вам не современные детские шалости, которые нам показывают в бизнес-телепередаче «Фабрика звезд»…

В 78-м году меня вызывает к себе секретарь райкома комсомола Анатолий Смирнов и говорит: «Мне рекомендовали тебя как профессионала. Поручаю тебе заниматься молодежной музыкальной культурой в городе…»

Был еще один «Метроном», московский. Однажды их ребята приехали в Зеленоград. Мы все вместе пошли в «»Эру, послушали их, а выйдя сказали: «Нет, так играть нельзя. «Метрономом», дабы не позориться, мы больше не будем». Через несколько минут мы стали называться «Второе рождение», поскольку родились во второй раз. Это произошло 9 мая 78-го года. Мы пошли в лес и торжественно с шашлыками отметили и праздничный день страны, и новую дату рождения нашей музыкальной группы.

Тогда в группу входили: бас-гитара и вокал — Виталий Варганов; солирующая гитара и вокал — Игорь Зайкин; барабаны — Александр Новиков, которого чуть позже сменил выпускник Львовского музучилища по классу ударных Николай Волков; скрипка — Владимир Пилипенко; вокалист — Николай Иванов (он же зеленоградский «плейбой» того времени); клавиши и вокал — Олег Гиндин.

Состав коллектива часто менялся. Я со временем к этому привык. В 79-м году, после лауреатства в городских фестивалях 78-79-го годов и зарабатывания денег в ресторане «Океан», ансамбль получил приглашение на профессиональную работу в Кемеровскую областную филармонию… Есть выражение: «Вам будет сделано такое предложение, от которого вы не сможете отказаться». Я, правда, смог, потому что слишком был связан с Зеленоградом…

Они уехали, я собрал новый состав: Андрей Серебренников — солирующая гитара; Андрей Отряскин — барабанщик, учащийся музыкального училища им. Гнесиных; Ирина Червякова — певица; Вадим Сафонов (педагог нашей музшколы) — труба; Георгий Иванов (из старого «Метронома») — саксофон.

Не было только подходящего бас-гитариста.

В этот момент нам выпал шанс участвовать во Всесоюзном конкурсе артистов эстрады. К счастью, из Кемерова вернулся бас-гитарист Виталий Варганов. В конкурсе мы заняли второе место, первое взяли «Зодчие» Юры Давыдова. Я получил звание лучшего композитора фестиваля за композицию «Нейтронной бомбе — нет!».

Потом будут другие произведения на эту же тему — «Чилийская рапсодия», «Полет», «Сезон охоты на людей», — но с совершенно другими людьми, с новым составом ансамбля «Второе рождение»…

Я и сейчас с чувством особой благодарности вспоминаю тех, кто принял непосредственное участие в становлении нашего ансамбля в то время. Первым нашим общественным руководителем был заместитель директора по общим вопросам М. Чебурашкин, председатели профкома НИИМВ Е. Иванов и С. Ходаковский. Большую поддержку оказывал директор Борис Иванович Грибов. Ну и комитет комсомола предприятия, конечно. Для «Элмы» наш ансамбль был, так сказать, «козырной картой».

Последнее выступление Высоцкого в Зеленограде

В 1978 г. состоялось последнее выступление Владимира Высоцкого в Зеленограде. Тогда в клубе завода «Микрон» проходили встречи с артистами Театра на Таганке: приезжали Шаповалов, Славина, Хмельницкий, Золотухин, Шацкая, Межевич, Васильев, Филатов, Ронинсон… Последним приехал Высоцкий.

«Познакомился я с Володей году в 1965-м. Я тогда был актером театра-студии «Телевизор» при МАИ, — говорит Леонид Александрович Хавронский, — мы выступали по разным вузам, предприятиям, институтам. С нами на одной сцене была такая тройка: Хмельницкий, Васильев, Славина. И наша тройка: я, Попов, Степанов. Раза два или три с ними был тогда еще никому не известный Володя Высоцкий. И вот мне выпала честь организовывать его концерт на нашем «Микроне». Созвонившись с Высоцким, я поехал за ним на Таганку. Это было 9 апреля 1978 г. Поехал со мной и один из работников завода Игорь Олегович Шурчков. В театре к нам вышел Володя, по пояс голый, после ночной репетиции, как он сам объяснил. Нам, конечно, пришлось подстраиваться под него, так как от усталости он едва стоял на ногах. Володя поставил условие: ему нужно отдохнуть. Он сел в перламутрово-голубой «мерседес» и сказал, чтобы мы ехали за ним. Приехав на Малую Грузинскую, мы условились, что я должен через два часа позвонить Володе. В назначенное время я позвонил ему: в ответ Володя сказал, что он готов немедленно отправиться с нами на концерт. Через две минуты он уже стоял внизу с гитарой в сопровождении врача. Врач был лет тридцати, высокий, худой, в черной рубашке и с крестом на шее.

Билеты на концерт были проданы заранее, и люди ждали. Я тут же позвонил на «Микрон» нашему культработнику Сергею Тимофееву: «Сережа, все в порядке, он предо мной, едем!» Тут же Володя забежал за лифт, ему стало плохо. Мы уж подумали, что дело кончено. Но все-таки поехали. Не проехали и 50 метров в сторону Белорусского вокзала, как Володя попросил, чтобы остановили автобус. Ему стало плохо. Пришлось возвращаться назад. Стало ясно, что ни о каком концерте не может быть и речи. Расставаясь, Высоцкий пообещал мне, что выступит в Зеленограде во что бы то ни стало.

Двадцать третьего апреля 1978 г. концерты в Зеленограде состоялись. Были на тех концертах Иван Бортник и Валерий Янклович — бессменный администратор Высоцкого. Прибыли с ними и киношники, которые снимали весь первый концерт, а может, и оба. Они даже накрывали кинокамеру тряпьем, чтобы не было слышно, как она трещит. Это был Петр Солдатенков. Записи обоих концертов найдены. В первом концерте Высоцкого представила ведущая КИВ (Клуба интересных встреч) Лилия Седых. В перерыве между концертами, который длился примерно минут 40-50, у Высоцкого взял интервью Вадим Аркадьевич Брук, работник завода, оно тоже есть на записи.

Со слов Брука: «О том, что я буду брать интервью у Высоцкого, я перед первым концертом сказал киногруппе. Перед вторым концертом мое интервью состоялось. Я и Владимир Семенович вышли в пустой зрительный зал, он уселся в первый ряд. Все интервью снимали эти киношники. Я спрашивал его о количестве песен, о подделках на его песни, о ранних песнях. Спросил о парижских дисках… Ответив на последний вопрос, Высоцкий запрыгнул на сцену и убежал за кулисы. Минут через пять начался второй концерт. Позже я увидел эту сцену в посмертном фильме «Воспоминание».

Второй концерт начался прямо с песни «Мы вращаем Землю». Поговорив с людьми, бывшими на этих концертах, можно понять, что они прошли с триумфом. Все было великолепно. Надо добавить, что 23 апреля — день рождения Театра на Таганке, о чем Владимир Семенович и поведал зеленоградцам. Этот факт не дает повода усомниться в дате.

Так же удалось установить, со слов Нины Максимовны Высоцкой, что она очень просила Володю взять ее с собой на концерты в Зеленоград. Но он ее не взял, сказал, что, мол, будут же концерты в Москве, зачем так далеко ездить. У Нины Максимовны есть и фотографии, где Владимир Семенович с Бортником в Зеленограде».

Об этом же концерте вспоминает директор Центра досуга «Микрон» Борис Кесарев (газета «Зеленый град», № 4, 26 января 2002 г.): «Мы давно уже договорились о большом творческом вечере Владимира Семеновича. Но он все время переносился: то этому мешал внезапный приезд Марины Влади, в другой раз пришлось вернуться с полпути — Высоцкому стало плохо. И вот на третий раз выступление состоялось. Вместе с артистом приехала большая съемочная группа: концерт лег в основу документального фильма о нем — последнего.

Зал был полон. Сидячих мест на всех желающих не хватило, кому-то пришлось устроиться на ступеньках в проходах. Концерт длился долго, часа четыре.

Мы накрыли для знаменитого гостя стол, но он отказался от угощения, попросив накормить съемочную группу.

Высоцкий был уже, несомненно, знаменитостью. Но это ровно никаким счетом не отражалось на его поведении. Удивительно простой, демократичный, он не делал никакой разницы между окружающими его людьми. Общение с гримерами, осветителями, водителями было для него ничуть не менее важным, чем с «отцами города», например. Меня это, помнится, приятно поразило. В гримерке толпа народа. Все суетятся, бегают, а он сидит на стуле, с кем-то разговаривает, анекдоты травит. Таким он мне запомнился».

Большая группа зеленоградцев имела возможность еще раз увидеть и услышать выступление Владимира Высоцкого, правда, не в Зеленограде. Девятого декабря 1978 г. Высоцкий дал концерт в поселке Менделеево, в Доме метролога. Организатором встречи было общество любителей книги города Солнечногорска. Вспоминает поэт зеленоградец Анатолий Щербаков («41», № 103, 17 июля 1997 г.): «Однажды сама судьба подарила мне незабываемую встречу с Высоцким, причем совсем рядом с Зеленоградом; состоялась она в декабре 1978 г.

На эту встречу в Дом метролога в поселке Менделеево меня пригласили друзья из Солнечногорска… Я помню этот зимний морозный день. Дом метролога был выстужен, однако в зале — ни одного свободного места. Высоцкий вышел на сцену с гитарой на ремне через плечо, подошел к двум микрофонам, стоявшим в середине сцены. Он был в черных джинсах и черном свитере, и, что говорить, по декабрьской погоде, казалось, одет легко. Потом, завершая выступление, Высоцкий скажет, что крепко продрог.

Свое выступление Высоцкий начал с рассказа о Театре на Таганке, о спектаклях с его участием; а затем были песни. Правда, перед тем, как Высоцкий начал петь, он попросил не делать магнитофонных записей.

Я из третьего ряда спросил, можно ли фотографировать, Высоцкий ответил: «Можно!» Тогда я встал и несколько раз сфотографировал его.

Высоцкий пел, а зал то замирал, то грохотал обвалами аплодисментов…»

Спорт-78

О возникновении в Зеленограде школы карате вспоминает Олег Панкратов (газета «41», № 169, 22 декабря 1998 г.): «В 1978 г. зеленоградские студенты Игорь Романов, Валентин Шевченко и Виталий Мальков обратились в центральную школу карате с просьбой открыть в городе секцию и прислать учителя. Москва дала добро, и школу карате возглавил обладатель черного пояса Юрий Викторович Кутырев. В те времена от Зеленограда он один выступал на соревнованиях, и мы не пропускали ни одного его выхода на ковер. Вес у Юрия Викторовича был до 75 кг, но он выступал и в абсолютной весовой категории. Нам импонировала его манера ведения боя, разнообразная техника исполнения ударов.

Какие занятия без спортивной формы? А в карате это кимоно. Встал вопрос — что делать? Студенты — народ изобретательный, а мы тогда учились в МИЭТе, решили приспособить для этого простыни. Сами шили. Хорошее было кимоно, вот только хватало его на месяц…

Хотя карате тогда было бесконтактным, но шишек и синяков мы получали много. Первые пояса ребята стали получать в 1981 г., и в это же время карате запретили. На четыре года наступил лесной период занятий. Мы собирались на лесных полянах в Фирсановке и за «Штыками». Занятия этим видом спорта дали уверенность в своих силах и в жизни. Но самое главное — это те взаимоотношения и дружба, которые мы пронесли сквозь годы».

Шестого апреля 1978 г. вышло постановление № 271 Совета Министров СССР о включении Московского института электронной техники в число ведущих вузов страны; при МИЭТе образована научно-исследовательская часть со статусом научного учреждения.

Студент МИЭТа А. Н. Филиппов в 1978 г. разработал первую отечественную промышленную диалоговую обучающую систему «Оскар». Дальнейшее развитие на персональных компьютерах (ДВК и IBM PC) система получила под названиями «Астра» и «Адонис». Тысячи студентов МИЭТа овладевали азами программирования с использованием этих обучающих систем.

Игорь БЫСТРОВ, корреспондент "Зеленоград сегодня"
Фото - Сборочное производство завод "Ангстрем" Зеленоград; Неклюдов в историко-краеведческом музее г. Зеленограда

К НАЧАЛУ СТРАНИЦЫ