ПРОКУРАТУРА: СМОТРЕТЬ, КОНТРОЛИРОВАТЬ, НАДЗИРАТЬ

Чем занимается прокуратура? Многие люди о работе органов прокуратуры судят по телесериалам или закрученным сюжетам постановочных судебных заседаний. Насколько художественный вымысел отличается от реальной работы прокуратуры, в эфире радиокомпании «Зеленоград сегодня» рассказал прокурор Зеленоградского административного округа города Москвы Андрей Залегин. Передачу вела Маргарита Крылова.

— Андрей Евгеньевич, при учреждении Петром I прокуратуры в России перед ней ставилась задача "уничтожить или ослабить зло, проистекающее из беспорядков в делах, неправосудия, взяточничества и беззакония". А какие обязанности возложены на прокуратуру в наше время?

— Направления деятельности прокуратуры определены документом «Закон о прокуратуре РФ». Основная функция прокуратуры как была установлена Петром I, так и осталась поныне: прокуратура — это око государево, орган, осуществляющий надзор за исполнением законов на территории Российской Федерации. Но в разных областях законодательства ее компетенция имеет различные пределы.

Чтобы проиллюстрировать это, приведу пример из практики надзорной деятельности за соблюдением уголовного закона, уголовно-процессуального законодательства. Как это ни грустно, у нас исторически сложилось в стране, что достаточно широкий пласт населения тем или иным образом сталкивался с уголовным кодексом, и это может быть многим интересно. Всё, что связано с уголовным преследованием, с привлечением к уголовной ответственности и с раскрытием преступлений, совершенных в отношении личности, имущества и т.д., имеет непосредственное отношение к органам прокуратуры. Конечно, после того, как следствие было полностью выведено из состава органов прокуратуры, оно получило абсолютную обособленность. Тем не менее, если гражданин считает, что его или его близких необоснованно привлекают к уголовной ответственности, и что он, как потерпевший, лишен правовой защиты со стороны органов внутренних дел, органов наркоконтроля или органов следственного комитета и так далее, то во всех этих случаях у гражданина есть абсолютно законное право обратиться в прокуратуру с соответствующей жалобой, заявлением. Обратиться можно в любой форме: в письменной, с помощью Интернета по электронной почте, почтовым сообщением, в конце концов, даже анонимно. И хотя органами прокуратуры не рассматриваются анонимные обращения, но если в них содержатся сведения о готовящемся или совершенном преступлении (понятно, что не всегда человек, узнав о таких преступлениях, захочет себя назвать), то эти обращения не идут в мусорную корзину, а направляются в правоохранительные органы для оперативно-розыскной работы.

— Может ли обратиться к прокурору человек, находящийся, к примеру, в следственном изоляторе, если он считает, что его там содержат в плохих условиях или вообще необоснованно?

— Может. Конечно, во всех сферах, за которыми надзирает прокурор, есть соответствующие органы власти. В данном случае это органы управления Федеральной службы исполнения наказаний. Но прокуратура не самоустраняется от контроля, в том числе и за соблюдением закона в местах лишения свободы либо в так называемых следственных изоляторах. Есть специальные подразделения органов прокуратуры, есть даже целые специальные прокуратуры, управление в Генеральной прокуратуре, которые эти вопросы курируют. И жалобы на ненадлежащее содержание в местах лишения свободы либо в условиях следственного изолятора будут разрешены, рассмотрены. Изоляторы постоянно подвергаются прокурорским проверкам, практически ежедневно. Даже изолятор временного содержания, расположенный в Зеленограде, каждый день проверяется моими сотрудниками по графику, утвержденному мною лично, чтобы посмотреть, как людям «сидится». Что же касается несогласия с арестом, то таких жалоб действительно много. Далеко не все согласны с тем, что их заключили под стражу. В рассмотрении всех этих вопросов участвует прокурор. Вопрос решается судом, и в том случае, если прокуратура свое мнение высказала, и вопрос разрешен не в пользу заявителя, он всегда имеет право обжаловать эти действия и решения у вышестоящего руководителя, в том числе у меня либо в прокуратуре Москвы в Мосгосуде и так далее.

— Все ли судебные заседания проходят с участием прокурора?

— Это зависит от того, какое дело слушает суд – уголовное или гражданское. Во всем, что связано с уголовными делами, с рассмотрением их в суде, принимает участие прокурор. Везде он поддерживает государственное обвинение, и каких-либо исключений из правил не существует. Раньше была другая практика, но несколько лет назад она ушла. То есть всё, что связано с уголовными делами, — это наши вопросы. С гражданскими же делами ситуация несколько сложнее. Есть определенные категории дел, где прокурор принимает обязательное участие, они строго определены законом. Это, например, дела, связанные с возмещением вреда, причиненного здоровью, с восстановлением на работе, с лишением родительских прав, усыновлением, признанием умершим. То есть это та категория дел, которая без учета мнения прокурора в принципе не может быть рассмотрена. Суд слушает дело, и если гражданин с чем-то не согласен, чем-то недоволен, в чем-то подозревает судью, он со всеми этими соображениями идет к прокурору. Но если гражданин приходит с жалобами на то, что судья, например, незаконно, по его мнению, лишил человека наследства, оставил без квартиры, признал сделку недействительной и так далее, и выясняется, что прокурор в этом гражданском деле не участвовал, то органы прокуратуры не имеют возможности обжаловать состоявшееся судебное решение.

— Андрей Евгеньевич, приходится ли вам рассматривать жалобы на работу правоохранительных органов? Изменилось ли их количество после реформирования системы МВД и переаттестации сотрудников полиции?

— С точки зрения количества жалоб на действия органов полиции никакого существенного изменения не произошло ни в лучшую, ни в худшую сторону. Уровень примерно прежний. В целом, качество работы органов полиции после реформы, сокращения штатной численности и перегруппировки сил по разным направлениям деятельности зависит от многих факторов, в том числе - от личности конкретных руководителей в том или ином подразделении. Мне кажется, что эта процедура еще не завершена, и последние руководящие решения по линии МВД России тому свидетельство. Что касается эффективности работы УВД Зеленограда с точки зрения органов прокуратуры, то, на мой взгляд, здесь ситуация по многим позициям отличается в лучшую сторону среди столичных УВД. Мне есть с чем сравнить, это не первый округ в Москве, в котором я работаю на руководящей должности.

— Скажите, прокуратура вмешивается в работу внутренних органов только по жалобам, или у вас есть какой-то, скажем так, текущий надзор?

— Текущий надзор, безусловно, есть. Жалобы — это лишь малая часть той работы, которую мои сотрудники выполняют на направлении надзора и взаимодействия с правоохранительными органами, к которым относятся полиция, следственный комитет, наркоконтроль, дознание службы судебных приставов и пожнадзора. Всё, что с этим связано, — это ежедневный, кропотливый, ответственный труд. В поле зрения прокуратуры находятся все уголовные дела, материалы проверок, касающиеся деятельности этих структур. Причем независимо от того, есть на них жалобы или нет.

— Как Вы оцениваете криминогенную обстановку в Зеленограде именно с точки зрения прокуратуры?

— В целом Зеленоград немного отличается от других округов, наверное, благодаря более высокому уровню образования населения, уровню воспитания, удаленности от Москвы и меньшей, на мой взгляд, концентрации иммигрантов. Последней проблеме уделяется сегодня много внимания, она существует не только в Москве, но и во всей стране. Для Зеленограда она тоже актуальна, но, в силу своей специфики, не настолько, как в некоторых других районах и округах города. Всё это сказывается на характере преступности: в частности, в Зеленограде совершается меньше тяжких и особо тяжких преступлений против личности. Но кражи есть, и их достаточно много.

— Андрей Евгеньевич, бывают ли ситуации, когда следствие передало уголовное дело в суд, а прокуратура с этим не согласна, считает, что следствие поработало недобросовестно?

— Ни одно дело не может попасть из следствия в суд мимо прокуратуры. Чтобы дело оказалось в суде, его должен подписать прокурор. Разумеется, бывают ситуации, когда в суде, в ходе судебного разбирательства выясняются вопросы, которые не были видны при проверке уголовного дела. Более того, люди могут придти в суд, будучи вызванными судьей, и дать показания, которые будут абсолютно не согласованы с предыдущими, перевернуть всё с ног на голову. Такие ситуации возможны, они в моей практике бывали. Но могу сказать, что здесь я не сторонник корпоративной солидарности, подразумевающей, что раз уж дело подписано, значит, будем добиваться обвинительного приговора. Нет. Если такая ситуация происходит, однозначно дело должно быть возвращено из суда по нашей инициативе и расследовано надлежащим образом. Если кто-то был привлечен к уголовной ответственности незаконно, значит, тот, по чьей вине это произошло, должен также понести ответственность. Но такое бывает не часто.

— Это хорошо, потому что иногда можно услышать мнение, что прокуроры очень не любят отказываться от обвинения, даже если представлены какие-то новые доказательства.

— Конечно, не любят. Кому же приятно чувствовать, что тебя по большому счету обманули, принеся на подпись уголовное дело с недостоверной информацией? Всё-таки судья, по сравнению с прокурором, находится в несколько другом положении. Судья получает уголовное дело, смотрит, читает его, назначает судебное заседание, и не одно. Вызывает людей, они дают показания, и дело как будто оживает, раскрывается перед ним во всех нюансах. А прокурор проверяет дело, которое ему принесли, причем – за ограниченное количество времени. Если все нормы закона соблюдены, учтены все тонкости, предусмотренные уголовно-процессуальным кодексом, все даты и подписи стоят, адвокат присутствовал и так далее, если прокурор видит состав преступления и полностью согласен с тем, что доказательства тому имеются, он обязан подписать и направить дело в суд. А если уже что-то вдруг всплывает в суде – значит, будем разбираться, кто прав, кто виноват.

Подготовила Т. Доценко.

Статья опубликована в № 132 газеты "Зеленоград сегодня" от 8 ноября 2012 г.