Имя твое неизвестно, подвиг твой бессмертен

 Недавно мы отметили 67-ю годовщину Великой Победы. Традиционно в эти дни прошли возложения венков и цветов к памятным местам Зеленограда. Одно из таких мест — Монумент Славы, или «Штыки», на 40-м километре Ленинградского шоссе. Здесь, под курганом, захоронены солдаты, павшие зимой 1941-42 г. в боях за деревню Матушкино, здесь же в 1960-х годах были перезахоронены останки воинов, найденных при строительстве Зеленограда. Из братской могилы в 1966 г. был взят прах Неизвестного Солдата для перезахоронения у стен Кремля. О том, как это происходило, в эфире радиокомпании «Зеленоград сегодня» рассказала директор Государственного зеленоградского историко-краеведческого музея Татьяна Визбул. Вела передачу Лидия Тарасова.

— Татьяна Владимировна, кому принадлежала идея создания Могилы Неизвестного Солдата?

— Такие памятники — символы в честь воинов, погибших в боях, — были во многих европейских странах. В 1966 г. было решено создать Могилу Неизвестного Солдата и в нашей стране. Первоначально место не было определено, была только идея. Над этой идеей, над проектом памятника работало много людей. Могила Неизвестного Солдата должна быть святыней всего народа, нашей вечной болью, нашей вечной памятью о павших солдатах и нашей гордостью за их подвиг. И вот когда были определены идеологические ориентиры, архитекторам Дмитрию Бурдину и Владимиру Климову поручили проработать вопрос о том, где должна быть размещена эта могила, этот символ. Они пришли к выводу, что место должно быть тихим, уединенным, не мешающим человеку подумать, поразмышлять о минувших годах. Место, куда могут прийти ветераны, чтобы вспомнить своих товарищей-однополчан, матери погибших бойцов. И выбор пал на территорию Александровского сада у кремлевской стены. Оставалось решить, какие слова должны быть увековечены на памятнике. К созданию эпитафии привлекли поэтов и писателей Сергея Смирнова, Сергея Михалкова, Михаила Луконина и Константина Симонова. Было много предложений, в итоге приняли вариант, предложенный Сергеем Михалковым: «Имя твое неизвестно, подвиг твой бессмертен».

— А почему решили прах Неизвестного Солдата взять именно у нас?

— Дело в том, что в 1966 г. проводились большие земляные работы, связанные о строительством домов в 1-м микрорайоне. В уже появившейся 842-й школе два раза стояли гробы с останками неизвестных солдат, найденных в процессе этих работ. Их перезахоранивали на 40-й километр Ленинградского шоссе, где в ту пору стояла пирамидка с пятиконечной звездой, от которой по обеим сторонам росли елочки. Осенью 1966 г. были найдены очередные останки тринадцати погибших бойцов, которых также перезахоронили в братской могиле. И когда Московский городской комитет партии решал вопрос, откуда взять прах Неизвестного Солдата, то вспомнили об этом захоронении и постановили взять останки с этого места. Второго декабря 1966 г. около полудня к братской могиле на 40-м километре Ленинградского шоссе прибыли представители Моссовета и группа солдат и офицеров Таманской дивизии. Шел снег. В 14.30 останки одного из покоившихся там воинов поместили в солдатский гроб, увитый оранжево-черной лентой — символом солдатской доблести. Весь вечер и всю ночь, сменяя каждый час друг друга, стояли в почетном карауле солдаты. Останавливались машины, потому что в газетах, по радио, телевидению уже говорили о том, как идут приготовления к этому важному событию. Рассказывают, что сюда приходили люди из местных деревень, отдавая дань памяти павшим солдатам и вставая рядом в почетном карауле. Караул стоял всю ночь, а на следующий день, 3 декабря, в 11.45, гроб установили на открытую машину, которая отправилась по Ленинградскому шоссе к Белорусскому вокзалу. Там, у въезда на улицу Горького, гроб с прахом Неизвестного Солдата перенесли на лафет бронетранспортера, и под звуки траурного марша процессия с развевающимся боевым знаменем двинулась по улице Горького. Впереди шли 54 открытые машины с венками. В этой процессии участвовали зеленоградские представители, мне также довелось в ней участвовать. Я была студенткой Историко-архивного института, и нам, студентам, указали место рядом с магазином «Пионер», где мы стояли и провожали траурную колонну.

— Вы тогда еще не жили в Зеленограде?

— Тогда еще нет, и даже не могла подумать о том, что с этим событием, с этим местом, откуда приехал в почетном карауле прах Неизвестного Солдата, будет связана моя судьба как директора музея. Я только могу сказать, что это было всеобщее горе, никто не стеснялся, плакали и молодые, и старые, каждый думал, что это прах его родного, его близкого человека. У меня на войне погиб дядя — папин старший брат, и мне тоже хотелось думать, что это именно его прах сейчас проносят мимо меня. У нас в музее сохранились удивительные фотографии, запечатлевшие торжественные и скорбные мгновения того памятного события: процессию и реакцию людей, стоящих вдоль улицы Горького. Траурное шествие остановилось на Манежной площади, где должен был состояться митинг. На почетной трибуне стояли представители общественности, партии, среди них полководцы Георгий Жуков и Константин Рокоссовский. Основную речь на этом митинге поручили произнести Рокоссовскому. Ему сказали: «Ты командовал 16-й армией. Этот воин из твоей армии. Тебе о нем и говорить». Эта речь была потом опубликована во всех газетах того периода: «Известиях», «Правде» и других. После митинга гроб с прахом Неизвестного Солдата на плечах командного состава был перенесен и перезахоронен в подготовленной могиле. Все венки, которые сопровождали траурный кортеж, уложили у захоронения и поставили такую табличку: «Здесь будет сооружен памятник «Могила Неизвестного Солдата» и зажжен Огонь Славы».

— Татьяна Владимировна, когда был зажжен Вечный огонь? Кажется, в 1967 г.?

— Совершенно верно. И в этом году, 8 мая, мы отметили 45-ю годовщину зажжения Вечного огня. Его привезли из города-героя Ленинграда, с Марсова поля, где был зажжен Вечный огонь погибшим революционерам. Туда отправилась делегация, в числе которой были представители Таманской дивизии, а факелоносцем был назначен Герой Советского Союза Алексей Маресьев. Шестого мая делегация из Москвы прибыла на Марсово поле, и самому заслуженному ветерану партии революционеру Оршанскому было поручено зажечь факел от пламени Вечного огня. Этот факел он передал Маресьеву. Делегаты с Вечным огнем проехали по территории Ленинградской, Новгородской, Тверской областей и 7 мая к вечеру прибыли в город Клин. Там прошел митинг, на котором выступил Петр Васильевич Логвиненко, который во время войны был комиссаром 1073-го полка 8-й гвардейской имени генерала Панфилова дивизии. Житель Зеленограда, он отвечал за перезахоронение воинов, найденных на зеленоградской земле, — такая общественная должность у него была в Совете ветеранов. Напомню, что его именем названа улица в нашем городе. Рано утром следующего дня на 40-м километре Ленинградского шоссе у того места, откуда был взят прах Неизвестного Солдата, в 6.40 опять состоялся митинг. На нем присутствовали пионеры, комсомольцы, члены партии, общественность города, руководители учреждений и предприятий. После митинга траурная процессия с факелом, который должен быть зажжен на Могиле Неизвестного Солдата и стать Вечным огнем, отправилась по Ленинградскому шоссе, по символическому пути, тесно связанному с историей войны, проехала мимо «Сокола», где находится улица Зои и Александра Космодемьянских, мимо «Динамо», где формировалось народное ополчение. В 9.50 на Манежной площади с улицы Горького появился кортеж с факелом, взятым с Марсова поля, и ровно в 10.00 тогдашний руководитель СССР Леонид Ильич Брежнев взял факел из рук Маресьева и зажег Вечный огонь на Могиле неизвестного солдата. Этот огонь горит по сей день, но одно время, в 2010 г., Вечный огонь горел на территории Поклонной горы в музее Великой Отечественной войны. Это было связано с проведением необходимых технических работ по поддержанию мемориала, и когда они были выполнены, Вечный огонь вернулся на свое место. Гости, которые со всех концов мира приезжают к нам, идут на поклон праху Неизвестного Солдата, возлагают цветы, гирлянды, венки. Мы видим, как почетные гости, которых встречает президент, также идут к кремлевской стене. И мы, зеленоградцы, гордимся тем, что из наших мест, с нашей земли был взят прах Неизвестного Солдата.

— Сейчас на этом месте возвышаются «Штыки» — наша святыня, почетное место, куда приходят ветераны, школьники, молодожены поклониться и возложить цветы. Когда был создан этот памятник?

— Это было намного позже, 24 июня 1974 года. «Штыки» — это своеобразный мостик от того места, где был взят прах Неизвестного Солдата, к Александровскому саду. И традиции, заложенные в Москве, продолжаются у нас. Самое главное, что они есть, что в свои радостные минуты люди все-таки помнят о событиях минувших дней и идут на поклон праху Неизвестного Солдата.

— В нашей стране только в 1965 г. впервые начали праздновать День Победы. Почему в течение двадцати лет, прошедших с 9 мая 1945 г., этот день не отмечали?

— Думаю, надо было просто осмыслить уроки Великой Отечественной войны. Мы тогда не могли ответить на многие вопросы. Да и до сих пор мы не знаем, сколько солдат погибло в битве за Москву, какие были наши потери… Мой папа — участник Великой Отечественной войны, и я помню тот период, когда фронтовики не ценили свои награды. Они приходили с войны, складывали их в коробочку и забывали. А дети и внуки надевали их на майки, кто-то играл с орденами в расшибалочку. После 1965 г., когда впервые после войны отпраздновали День Победы, идеология начала меняться. Появились публикации воспоминаний Жукова, Рокоссовского, стали осмысливать уроки Великой Отечественной и ее переломные моменты. Большое видится на расстоянии, и, наверное, должно было пройти какое-то время, чтобы с позиции именно времени объяснить все произошедшее.

Подготовила Татьяна Доценко